### Тарифные угрозы Трампа: сложность индивидуального подхода к странам ЕС

Недавние заявления президента США Дональда Трампа о возможности введения тарифов до 25% на товары из восьми европейских стран, многие из которых являются членами общего рынка ЕС, ставят под сомнение, насколько реально это осуществить. Хотя с технической точки зрения Трамп действительно может попытаться нацелиться на каждую страну индивидуально, на практике это может оказаться весьма затруднительным.

Представитель Европейской комиссии Олаф Гилль в ответ на вопросы журналистов, с улыбкой призвал «вдохнуть глубоко», прежде чем объяснить сложность ситуации. За последнюю неделю Трамп шокировал Европу, угрожая пошлинами на страны ЕС: Данию, Финляндию, Францию, Германию, Нидерланды и Швецию, а также на Норвегию и Великобританию, не входящие в состав Евросоюза.

Европейский союз функционирует как единый рынок с таможенным союзом, что теоретически позволяет Трампу ввести тарифы на отдельные страны — но это создает хаос для американских импортеров. Принципы работы единого рынка таковы, что товары, произведенные в одном государстве-члене, могут перемещаться по всему союзу без отслеживания их происхождения, что затрудняет идентификацию конкретного источника.

#### Как работает единый рынок?

Шесть стран, упомянутых Трампом, являются частью единого рынка, который включает в себя 21 другую страну, обеспечивая свободное движение товаров. Это означает, что производители часто используют комплектующие из разных стран ЕС: например, автомобиль может быть собран в Германии с использованием деталей из Словакии.

Это несет в себе риск обхода любых введенных тарифов. Например, возможность того, что «экспорт французского вина, голландского сыра и датских фармацевтических препаратов из Будапешта в США может резко возрасти», была отмечена одним европейским дипломатом, имея в виду теплые отношения премьер-министра Венгрии Виктора Орбана с Белым домом.

#### Сложности и реалии индивидуальных тарифов

Исключение составляет Норвегия: она входит в Европейскую экономическую зону, но не является частью таможенного союза, что требует дополнительных проверок на границе. Великобритания, вышедшая из ЕС, решила остаться вне единого рынка, что также создает дополнительные сложности.

С учетом вышеизложенного, США столкнутся с серьезными трудностями в попытках определить страну происхождения европейских товаров. Как отметил Гилль, «с точки зрения таможни и операционных процессов, практические очень сложно отнести товары исключительно к одной стране, поскольку производственные и трансформационные процессы часто распределены по всему ЕС».

Хотя ничего не мешает третьей стране требовать более подробную информацию о национальном происхождении товаров, согласно правилам ЕС, товары, произведенные в блоке, должны быть отмечены лишь как «происходящие из ЕС».

В итоге, как подчеркнул Гилль, «это технически возможно, но с огромными бюрократическими и процедурными сложностями». Эта ситуация создает не только вызовы для американских импортеров, но и подчеркивает взаимозависимость европейских экономик в контексте глобальной торговли.

Таким образом, возможности Трампа в отношении импорта из Европы могут оказаться более ограниченными, чем он предполагает, что ставит под сомнение фундаментальные принципы международной торговли и взаимоотношений между США и Европейским Союзом.